�стория развития музыкальных вкусов молодежи 60-70г.

Изучение музыкальных вкусов среди населения одна, на мой взгляд, из
интереснейших тем. Конец 80-х - 90-е года пик технического прогресса. На
рядового зрителя обрушился поток неведанных ранее музыкальных
технических возможностей - магнитофоны, стереомагнитофоны, компакт диски
и прочее. Необходимое техническое оснащение дает возможность даже не
имеющим таланта людям блистать на сцене, как звезды, представляя свои
песни. Музыкальные кумиры - кумиры во всем: стиле одежды, стиле прически
и даже в стиле жизни. Вот почему важно и необходимо изучать музыкальные
вкусы населения. Потому как эти вкусы формируют личность. Но, на мой
взгляд, важно проследить становление музыкальных вкусов в нашей стране в
60-70 года. Это время зарождения новой культуры - массовой. Именно она
заложила основу современной музыкальной культуры.







60 - 70-е годы - время оживления эмпирических исследований в
области социологии искусства '. Причины здесь многообразны: прежде
всего усиленное внимание к развитию общественных наук в нашей
стране, выразившееся в ряде партийных постановлений. Далее,
характерная для гуманитарных дисциплин тенденция к использованию
методов точных наук. И, наконец, само экстенсивное развитие
культуры (гигантское распространение средств массовой коммуникации
приобщило к культурным ценностям невиданную по масштабам
аудиторию) породило естественное стремление реально измерить пульс
бытования искусства в народе. Возникло желание выяснить, что же из
огромного потока выпускаемых книг, кинофильмов, спектаклей,
музыкальных произведений в действительности предпочитается,- а что
и кем отвергается и почему

это происходит; что и как воспринимается в процессе потребления
данного вида искусства, жанра, произведения; каковы факторы,
способствующие этому процессу и тормозящие его.


Очевидна необходимость подобных исследований для
конкретизации чересчур расплывчато-обобщенного и потому сегодня уже
никого не удовлетворяющего понятия советский слушатель
(читатель, зритель), а ведь речь идет о понятиях, образующих
фундамент социологии искусства. Но этим результаты эмпирических
исследований - в идеале - отнюдь не исчерпываются.




Но и здесь авторы не остаются на чисто статистическом уровне, а
осмысливают и обобщают цифровые данные, ибо видят за ними проис-


ходящие в жизни процессы '.

Эмпирическая музыкальная социология в нашей стра не
находится пока еще в стадии первоначального становления. Она
располагает весьма малым количеством надежных фактических данных, ей
предстоит период их накопления; еще меньше рабочих гипотез, частных
специализированных теорий, базирующихся на фактах или

нуждающихся в проверке эмпирическим путем. После во
многом несовершенных опытов 20-х годов (Р. И. Грубер и др.) и
длительного периода затишья во второй половине 60-х годов начинают
проводиться конкретно-социологические исследования, в той или иной мере
затрагивающие вопросы массового - потребления музыки .

Среди них заслуживает особого внимания книга ураль
ского социолога В. С. Цукермана “Музька и слушатель” (М., 1972), в
которой предпринята серьезная попытка раскрыть специфику
социологического подхода к системе “музыка - слушатель”, теоретически
обосновать некоторые вопросы методологии конкретного исследования


(оценка как инструмент познания эстетических потребностей и ценностных
ориентаций) . В основе книги - изучение музыкальных вкусов, выявление
отношения к различным музыкальным жанрам взрослого населения крупных
промышпенных городов - Свердловска и Челябинска ', причем следует
особо подчеркнуть широту охвата

материала: результаты анкетных опросов сопоставлялись
анализом статистических и других объективных данных (от
социально-демографической структуры аудитории


' ( Можно указать, например, на поднимаемую в книге
малоисследованную проблему “телесмотрения”, связываемую авторами с
определенным телевизионно-газетным типом повседневной культуры,-
проблему, в которой сталкиваются сложные, противоречивые тенденции. Об
интересе к этой проблеме свиде тельствуют
конкретно-социологические исследования уральских социологов под
руководством Л. Н. Когана (см. кн.: Телеви зионная
аудитория:структура,ориентации, культурная активность. Свердловск,
1973).




концертов и оперных спектаклей до цифр продажи грам
пластинок, музыкальных инструментов и радиотоваров) .

Ценность представляют наблюдения автора над динамикой развития
музыкальной культуры населения рассматриваемого региона в 60-е годы,
зафиксированные им тревожные факты снижения удельного веса серьезной
музыки в общефилармонических концертах, нарастания

количества продаваемых пластинок с записями эстрадной
музыки в сравнении с серьезной и т. д. Автор приходит к важному выводу:
само по себе широчайшее распространение средств воспроизводения музыки
(проигрыватель и магнитофон) отнюдь не ведет автоматически к повышению
музыкальной культуры народа. Нужны целенаправленные и хорошо
скоординированные воспитательные действия.


Значение исследования снижается из-за недостатков
методики опросов (“звучащей анкете” предпочтена вербальная форма
опроса, о чем см. дальше), слабости теоретических основ
(неубедительная дифференциация и классификация музыкального
материала; неточное представление о факторах, способствующих
полноценному восприятию, и т. д.) . В результате возникает сомнение


в полной достоверности тех фактических данных, которые
получены путем анкетировапия (данные анализа объективных материалов,
наоборот, никаких сомнений не вызывают) '.


Одна из фундаментальных и сложных задач, стоящих

перед эмпирической музькальной социологией, - нарисовать
реальную картину бытования музыки в нашей стране, иначе
говоря, показать, какая музька какими группами слушателей
предпочитается. Сложность задачи заключается в том, что,
видимо, отсутствует единое основание для группировки
слушателей, для их типологии,- на формирование слушательских
групп воздействует множество порой конкурирующих факторов: от
социально-демографических (пол, возраст, род деятельности)

и социалъно-культурных (образование, ценностные установки
среды, слушатепьский опыт) до личностно-характерологических

потребность в удовлетворении субъектив


новке, уменьшается значение исследований замкнутых аудиторий -
посетителей концерта, музыкального спектакля и т. д. (такие
исследования нужны, но в качестве дополняющих, ибо составить общую
картину по ним не возможно) . Объектом
музыкально-социологического исследования становится все население
страны, ибо каждый человек сегодня - фактический слушатель
музыки.

Оставляя пока в стороне характер, качество, самый уровень
восприятия, нельзя все же не признать, что более или менее
систематический контакт с самой разнообразной музыкой (о чем
дальше) не может не способствовать выработке собственной
ориентации в мире звуков, установлению собственной, пусть не
всегда осознанной шкалы симпатий и антипатий, которая и должна
быть выявлена.

Во-вторых, происходит колоссальное расширение рамок
звукового мира, в котором живет сегодня человек. Ежедневно
работающие радиостанции, значительная часть вещательного времени
которых отведена музыке (вспомним хотя бы о круглосуточной
информационно-музыкальной программе “Маяк”), фирмы грампластинок,
в несколько меньшей мере телевидение и кино включают в массовый
обиход, предназначают массовому слушателю (что и как им
воспринимается - вопрос особый) поистине безграничный поток музыки.
В этом потоке есть все: от глубокой старины до произведений,
созданных буквально вчера, от признанных вершин человеческого гения
до шлягера и непритязательной танцевальной мелодии. Правда, большая
часть музыкальной продукции МК (массовых коммуникаций), как об
этом давно говорят и пишут музыканты, представляет собой
развлекательную' музыку.

Но и, остающаяся на долю серьезного искусства меньшая часть -
есл учесть масштаб работы средств МК сама по себе достаточно велика.


Учтем еще одно немаловажное обстоятельство. Музыка звучит не только
в качестве самостоятельного субъекта восприятия, она широко и во
все увеличивающихся масштабах (причем серьезная классическая
музыка также) используется в качестве компонента других
искусств, и не только искусств, но и в спорте, в быту, в
разнообразнейших сочетаниях с изображением и словом: от музы

кальных заставок постоянных радиорубрик до видовых и
документальных кинофильмов, от балетных постановок на



(а ведь эти потоки суммируются), представляет собой причудливое,
гевероятно пестрое чередование произведений и фрагментов,
принадлежащих различным стилям и жанрам и выполняющих самые
разнообразные функции ".,

Не менее важна другая сторона рассматриваемого явления. При
восприятии музыки через средства МК в какой-то мере
размываются и четкие границы многих жанров, основывающиеся - не в
последнюю очередь - на различии мест исполнения, исполнительских
средств и составов.-Для слушателя, лишенного непосредственных
контактов с исполняемой музыкой и зрительных впечатлений (радио,
механическая запись), отдаленного от нее в про странстве и во
времени, различие, скажем, между оперой, ораторией, симфонией,
балетом - особенно если он слушает их не целиком, а фрагментарно
(и тем более если он не знаком с сюжетом, текстом) - будет далеко
не столь существенно и безусловно, как для слушателя,
воспринимающего их в концерте или музыкальном театре. Есть

основания полагать, что гораздо большую роль здесь играет
разграничение на стилевом и языково-содержательном уровне:
различие между старинной и, условно говоря, классической музыкой,
привычной и непривычной, остроритмичной, моторной и мелодичной,
созерцательной и т. д. Во всяком случае средства МК снимают ту
приподнято-благоговейную атмосферу концертного зала, которая сама
возвышает восприятие и в которую столь легко вписывается
любая музыка - от Шютца и Могтеверди вплоть до опусов
крайнего авангарда",- и, наоборот, ярче обнажают различия
самого музыкального материала.

Итак, мы приходим к выводу, что в новых условиях, создаваемых
МК, границы слушательской аудитории установить а ргiori невозможно.



" В конце концов и здесь сохраняется возможность выбора - хотя бы в
переключении или выключении репродуктора, приемника, телевизора в
ситуации резкого неприятия предлагаемого. Но в этом случае, как
остроумно заметил А. Моль в своей спорной по общим концепциям, но
интересной ценными наблюдениями книге “Социодинамика культуры” (М.,
1973), как раз пассивность слушателя нередко оказывается решающим
факгором, ведущим к “принудительному потреблению”, ниспровергательские
тенденции, на службу которым ставится круг <музыкального
потребления>, определить на основании каких-либо объективных
характеристик, кто на какую музыку ориентирован (что в
предыдущую эпоху специализированных помещений и естественного
разделения функций между ними, а следовательно, дифференциации
аудитории было вполне достижимо) . Разумеется, в области
массовых вкусов нет недостатка в разнообразных суждениях и
умозаключениях, вроде, например, такого: сегодня происходит
дифференциация слушательских

групп на две полярные категории - слушателей серьезной и
слушателей развлекательной музыки, и между этими категориями
весьма мало точек соприкосновения. Но решительность, с которой
высказываются подобные суждения,- увы! - не может превратить
их в твердо установленные факты, не говоря уже об условности
и порой зыбкости критериев деления всей музыки на серьезную

и развлекательную. Дифференциация слушательской аудитории
сегодня - сложная проблема, которую не решить без эмпирическых
работ, без экспериментов и теоретического обсуждения.


Поэтому, с точки зрения Э. Алексеева, приступая к конкрет ным
музыкально-социологическим исследованиям массового
музыкального потребления, нужно исходить из приведенных выше
положений, которые можно, очень упрощая, кратко изложить в
виде тезисов: 1) каждый сегодня может услышать все, 2)
наслушанность человека в мире музыки шире его осведомленности в этом
мире.


В зародившейся музыкальной массовой культур социологи 60-70
годов уже отмечали резкий упад интереса к классической серьезной музыке,
возросшие потребности слушателя (зрителя) к музыкальным исполнениям. Это
связано и с пришедшими с Запада новыми культурами и с техническими
возможностями ( телевидение, радио). Изучение музыкальных вкусов
населения продолжается.





Литература:

1. Некоторые вопросы теории и практики изучения массовых музыкальных
вкусов - Э Алексеев “ Вопросы социологии искусства”1979

2. Сохор А. Социология и музыкальная культура, М. 1975