Психология допроса подозреваемого и обвиняемого

§ 5. Психология допроса подозреваемого и обвиняемого

Подозреваемый и обвиняемый отнюдь не обязательно могут быть
преступниками. Поэтому, решая основной вопрос по делу, совершено ли
преступление данным лицом, нужно ясно понимать его психологию. Стремясь
уклониться от ответственности и скрыть свое участие в преступлении,
виновный старается утаить от окружающих и связанные с этим переживания.
Он оберегает свои воспоминания от внешнего проявления и тем самым
постоянно оживляет их, а подавляя переживания, еще более их обостряет. В
конце концов тенденция скрыть свои

чувства и мысли вносит сильнейшую дезорганизацию в его психические
процессы.

Если процессуальное положение подозреваемого и обвиняемого имеет
существенные различия, то в психологическом аспекте эти различия

'Шебутани Т. Социальная психология. М., 1969, с. 134.

представляются значительно менее важными. В частности, у подозреваемого
происходит частая смена состояний, сопровождаемая то появлением
уверенности в себе, стремлением к активному противодействию, недооценкой
возможностей следствия, самоуверенностью, то, напротив, возникновением
подавленного, депрессивного состояния, растерянности, безволия.

В отличие от подозреваемого обвиняемый чаще всего имеет больше сведений
о положении дел, о содержании имеющихся доказательств у следствия.
Однако на предварительном следствии, у подозреваемого и обвиняемого
наблюдаются многие сходные психологические состояния, мотивы,
побуждения, а отсюда и особенности поведения'.

Психические состояния, мотивы действий, личностные качества
допрашиваемых определяют их поведение на предварительном следствии и тем
самым обуславливают психологический подход к ним, избрание наиболее
эффективных, тактических и психологических приемов. На допросе
обвиняемый может испытывать самые разнообразные чувства.

Совершивший преступление боится изобличения и, конечно же, наказания.
Это обычно действует на психику угнетающе, может в значительной степени
подавить волю допрашиваемого, снизить возможности правильной оценки
сложившихся обстоятельств, ухудшить самоконтроль, привести обвиняемого в
угнетенное, депрессивное состояние. Страх обычно возникает у лица,
совершившего преступление, задолго до привлечения его к уголовной
ответственности. Такие психологические состояния затрудняют установление
с допрашиваемым психологического контакта, снижают эффективность
тактических приемов допроса.

На допросе обвиняемый может быть в состоянии душевного потрясения,
стыда, опасаясь, что о случившемся узнают родные и близкие, друзья,
сослуживцы, соседи. Моральные оценки и суждения окружающих небезразличны
даже для людей с устоявшимися антиобщественными взглядами. Нежелание
огласки является весьма сильным мотивом, во многом определяющим
поведение обвиняемого. При выявлении такого мотива задача следователя —
убедить допрашиваемого в необходимости дать правдивые и полные
показания. Только это хоть в какой-то степени поможет сохранить
понимание близких ему людей.

Следователю иногда приходится встречаться и с -обвиняемыми (чаще
рецидивистами) для которых мнение других людей ничего не значит. Они
руководствуются принципами «не пойман — не вор», «деньги не пахнут» и т.
д.

' Все, что здесь и далее будет говориться об обвиняемом, в равной
степени можно отнести к подозреваемому.

Для отдельных обвиняемых типична боязнь утраты достигнутого им
социального, служебного и материального положения. Поэтому на допросе
такой обвиняемый чаще всего уклоняется от дачи правдивых показаний.
Здесь следователь, чтобы преодолеть указанное психологическое состояние
обвиняемого, должен убедить его в возможности честным и добросовестным
трудом восстановить социальное положение, стать полноправным членом
общества.

Сильным психологическим состоянием, формирующим мотивы поведения
обвиняемого, является страх лишения свободы, привычного образа жизни,
оказаться среди преступников. Такое чувство, особенно присущее лицам,
впервые совершившим преступление и привлеченным к уголовной
ответственности, обычно приводит их в состояние глубокой депрессии. В
такой ситуации обвиняемый полагает, что избежать задержания, ареста,
содержания под стражей, приговора, связанного с лишением свободы, можно,
только отрицая свою вину, давая ложные показания, у него возникает
соответствующее психологическое состояние, формируется позиция, которую
следователю необходимо преодолеть. Для этого требуется убедить
обвиняемого, что доказывание вины мало зависит от его признания, а в
решающей мере — от всей совокупности доказательств. Здесь требуется
разъяснить обвиняемому, что чистосердечное раскаяние... а также активное
способствование раскрытию преступления является для суда
обстоятельством, смягчающим ответственность.

Практика показывает, что в преступлениях, совершаемых группой,
обвиняемый по-разному относится к соучастникам. Если кому-то он многим
обязан, то старается скрыть причастность к преступлению этого человека,
надеясь на его помощь и поддержку. Гораздо чаще система психологических
отношений в преступной группе построена на подчинении силе, страхе, иных
низменных побуждениях и инстинктах. Поэтому в процессе расследования,
когда участники преступной группы изолированы друг от друга, построенные
на такой основе отношения распадаются. У обвиняемого крепнет неприязнь к
лицам, втянувшим его в преступную группу, по чьей вине он оказался
привлеченным к уголовной ответственности. Следователь вправе
использовать подобное психологическое состояние обвиняемого, раскрыть
перед ним систему отношений, существовавших в преступной группе,
показать, на чем построено ложное чувство товарищества среди
преступников, использовать эти знания для выбора наиболее эффективных
тактических приемов допроса. Однако следует помнить о необходимости
очень осторожного их выбора с учетом психологических взаимоотношений
участников преступной группы, поскольку недопустимы приемы, основанные
на использовании, разжигании низменных чувств и побуждений.

Для обвиняемого на предварительном следствии очень характерно
психологическое состояние тревоги, неопределенности, невозможности

правильного предвидения сложившейся ситуации и управления ею. Часто
подозреваемому неизвестно, какими доказательствами располагает
следователь, какая мера пресечения может быть избрана, какие
следственные действия, в том числе и носящие принудительный характер,
будут проведены и т. д. Такое психологическое состояние является основой
для разработки и применения тактических и психологических приемов.
Однако при этом недопустимы нарушения законности, нравственных,
этических норм и принципов уголовного законодательства.

Хочется отметить, что допрашиваемые могут испытывать одновременно целый
комплекс чувств, тесно связанных между собой.

Особое место занимают психологические состояния, переживаемые невинным
человеком, который в силу стечения обстоятельств оказался в положении
подозреваемого или даже обвиняемого. Безусловно, он испытывает чувства
возмущения, гнева, обиды, стремится скорее избавиться от необоснованных,
с его точки зрения, подозрений, доказать свою невиновность; он также
может ощущать беспомощность, невозможность опровергнуть имеющиеся против
него улики, преодолеть предубеждение окружающих.

Эффективность допроса во многом зависит от того, в каком психологическом
состоянии находится допрашиваемый, от осознания обвиняемым своей вины,
от готовности дать правдивые показания. Следователь должен тактически
умело ослабить или нейтрализовать отрицательные психологические
состояния и усилить, поддержать положительные.

Поведение человека в значительной степени определяется воздействием на
него доминанты1 — господствующего в данный момент очага возбуждения в
коре больших полушарий головного мозга, который обладает повышенной
чувствительностью к раздражению и способен оказывать тормозящее влияние
на работу других нервных центров. В очаге при этом происходит
концентрация возбуждения. Доминанта, как правило, возникает у человека в
связи с более или менее серьезными событиями в его жизни, за исход
которых он переживает, в связи с которыми испытывает чувство страха,
неуверенности, беспокойства. Зачастую доминанта воздействует и на
преступника. Испытывая чувства тревоги, сожаления, страха, раскаяния и
т. д., правонарушитель мысленно многократно возвращается к событию
преступления, обдумывает возможные неблагоприятные последствия. Этот
процесс приводит к еще большему усилению переживаний, к постоянному
подкреплению очага возбуждения — доминанты. Замечено, что чем тяжелее
преступление, тем ярче изменения в поведении преступника.

'См.: Ухтомский АА. Доминанта. М.-Л., 1966.

Родственники К., подозреваемого в убийстве, сообщили на допросе, что
начиная с весны (времени совершения преступления) он постоянно находится
в очень подавленном состоянии, кричит во сне, вскакивает по ночам.
Товарищи по службе на допросе показали, что К. пытался повеситься,
заявляя, что он недостоин быть среди них.

Среди юристов и психологов в последнее время проявляется интерес к
исследованию защитной доминанты правонарушителя'. Под воздействие
доминанты преступник стремится к совершению поступков, которые, как он
думает, обеспечат ему безопасность, помогут избежать изобличения и
последующего наказания. Его действия носят своеобраз^ ный защитительный
характер. В то же время именно эти действия преступника зачастую
привлекают к себе внимание органов следствия, дают основания для
предположений о его причастности к совершенному преступлению. Такие
действия получили название «улики поведения».

Улики поведения бывают самых различных видов. Наиболее распространенными
являются: подготовка инсценировок, создание ложного алиби,
немотивированный и внезапный отъезд, попытки направить следствие по
ложному пути; проявление повышенного интереса к процессу расследования
преступления; распространение заведомо вымышленных слухов о личности
преступника, мотивах преступного деяния;

нарочитость, демонстративность поведения, призванного всячески убедить
окружающих в полной непричастности к преступлению, отрицание даже точно
установленных фактов («не видел», «ничего не слышал» и т. д.); попытки
уговорить, подкупить потерпевших, свидетелей; поиски лиц, которые бы
дали ложные показания; изменение привычных стереотипов поведения после
совершения преступления; осведомленность о таких деталях, которые мог
знать только виновный, возвращение, порой неоднократное, на место
совершения преступления2.

В различных следственных ситуациях улики поведения проявляются
по-разному.

На пустыре был обнаружен труп изнасилованной девочки. За этим местом
установили тайное наблюдение, поскольку не исключалась возможность
появления там преступника. Вскоре на пустыре был замечен С. По работе он
характеризовался отрицательно, за появление в нетрезвом виде был уволен
и длительное время вел паразитический образ жизни, беспробудно
пьянствовал, проявлял нездоровую сексуальность. Версия о виновности С.
подтвердилась.

Среди лиц, возможно причастных к преступлению, внимание следователя
привлек Н. Он проявлял в связи с расследованием заметное

См.: Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 196—198;
Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. С. 74—75.

гГлаа^ярин Ф.В. Психология следственных действий. С. 76.

беспокойство, расспрашивал свидетелей о допросах, интересовался, зачем
следователь и работники милиции осматривают у подозреваемых одежду,
можно ли по следам рук обнаружить преступника. Именно Н. и оказался
разыскиваемым преступником.

Умение разбираться в психофизиологической природе улик поведения, их
сущности, видов, особенностей проявления помогает следователю и
работникам дознания успешно решать оперативно-тактические задачи:
выдвигать обоснованные версии и вести их продуманную раз-, работку,
осуществлять целенаправленный, всесторонний поиск доказательств,
избирать правильную тактику допроса подозреваемых (обвиняемых),
проведение других следственных действий и т. д.

Однако этим значение доминанты не исчерпывается. Давно замечено, что
человек, совершивший тяжкое преступление, испытывает сильное
психологическое напряжение. Стремление скрыть причастность к
преступлению, необходимость маскироваться, чтобы выглядеть спокойным,
приводят к усилению торможения в клетках коры головного мозга. После
этого начинает преобладать процесс возбуждения. Оно становится все более
устойчивым, а потом и постоянным. Безусловно, преступник испытывает
острое желание снизить напряженность, снять с себя бремя тайны
преступления, посоветоваться, как быть дальше, какую линию поведения
избрать, просто выговориться хотя бы и постороннему человеку. Выявление
таких состояний, «поддержание» указанных процессов на допросе,
проведенном в строгих рамках правовых и этических норм, способствуют
получению правдивых показаний, скорейшему раскрытию преступлений.

На предварительном следствии допрос обвиняемого нередко проходит в
условиях конфликтной ситуации. Причины конфликта возникают от
принудительного характера общения, так как обвиняемый понимает, что
каждый проведенный следователем допрос приводит к изобличению в
совершении преступления, но не считает возможным отказаться отдачи
показаний, не может избежать общения со следователем. Обвиняемый
понимает сложность положения, в котором уже находится, и зачастую
связывает с деятельностью следователя избрание меры пресечения,
изменение привычного образа жизни, нравственные переживания, лишение
возможности общаться с близкими людьми и т. д. Следователь в ходе
допроса стремится установить истину, наделен значительными властными
полномочиями, а обвиняемый старается скрыть истину, но обязан
подчиняться требованиям закона. Данный конфликт не должен носить
личностного характера, взаимоотношения надо строить в строгом
соответствии с нормами уголовного судопроизводства и морали. При допросе
необходим индивидуально-психологический подход к обвиняемому.

В сложной ситуации следователю нужно знать все основные социальные роли,
которые исполнял допрашиваемый в жизни, и научиться направлять
допрашиваемого к занятию такой ролевой позиции, котораябы наиболее
соответствовала ситуации данного допроса. Для следователя далеко не
безразлично, какую из всего арсенала ролей будет играть допрашиваемый.
Например, изучая личность обвиняемого, следователь установил, что юноша
увлекается радиотехникой. Будучи сам страстным любителем радиотехники,
следователь достиг полного психологического контакта, заговорив с
допрашиваемым на любую тему. По другому делу обвиняемый, отказавшийся
давать показания, стал разговаривать со следователем после того, как
узнал, что в период Великой Отечественной войны он и следователь
сражались на одном фронте.

Исследуя личность допрашиваемого, следователь должен планировать
обращение к ее лучшим сторонам, т. е. к социально положительным ролевым
позициям данной личности. Этически и тактически недопустимо, чтобы
следователь для установления контакта с допрашиваемым использовал
отрицательные стороны его личности, даже если следователь хорошо знает
их. Возникновение в ходе допроса психологической общности показывает
обвиняемому, что его допрашивает компетентный, внимательный и чуткий
человек, и является первой ступенькой перестройки допрашиваемого в
социально правильном направлении.

Отношение обвиняемого к совершенному преступлению, предъявленному
обвинению, возможному наказанию зависит от мотивов, которыми обвиняемый
руководствуется в период расследования уголовного дела. Изучению и
анализу должны подвергаться не только мотивы, обусловленные ситуацией
расследования, но и сформировавшиеся в течение жизни обвиняемого
направленность личности, нравственно-этические представления,
сохраняющие и в условиях расследования свою мотивирующую роль.

Ранее мы уже рассмотрели конфликтные ситуации допроса. Кратко
остановимся на бесконфликтных ситуациях допроса, которые характеризуются
признанием объективно установленных фактов и готовностью давать
правдивые показания. Бесконфликтность ситуации, разумеется, не
гарантирует полной откровенности обвиняемого. Он может добросовестно
заблуждаться, ошибаться, неправильно понимать сущность тех или иных
событий, наконец, обвиняемый, чистосердечно признавая свою вину, может
подсознательно стремиться к ее преуменьшению. Поэтому подготовка к
допросу даже в бесконфликтной ситуации в некоторых случаях должна
включать элементы основанного на знании психологии обвиняемого
прогнозирования ошибок. Учет таких особенностей обвиняемого, как
завышенная самооценка, некритичность к собственной личности,
недоброжелательное отношение к окружающим, позволяет предвидеть вольное
или невольное стремление обвиняемого к смягчению своей вины.

На практике мнимая бесконфликтность ситуации допроса часто возникает в
случае самооговора обвиняемого. Вероятность самооговора

повышается, если обвиняемый отличается повышенной внушаемостью,
податливостью к внешнему воздействию, неумением отстаивать свою позицию,
слабоволием, недостаточной выносливостью к психическому напряжению.
Наиболее типичным мотивом самооговора является стремление избавить от
наказания действительного виновника (под влиянием родственных или
дружеских чувств), либо самооговор про-, диктован определенными
групповыми интересами или же достигается угрозами и воздействием
заинтересованных лиц в отношении тех, кто находится в какой-либо
зависимости от них).

Допускаемое со стороны обвиняемого ложное признание может быть
продиктовано его стремлением уклониться от ответственности за более
тяжкое преступление. Таким путем он рассчитывает усыпить бдительность,
создать себе алиби по другому делу, доказать наличие обстоятельств,
смягчающих или исключающих его ответственность, и т. п. Полный вымысел
сравнительно легко опровергается. Детализация и последующая проверка
места, времени и других обстоятельств вымышленного события неминуемо
ведут к разоблачению лжи.

Если допрашиваемый упорно скрывает достоверно известные ему сведения по
делу либо сообщает заведомую ложь, то в отношении него следователь
вправе применить метод изобличения. Изобличать допрашиваемого в сокрытии
каких-то фактов или заведомой лжи — значит опровергнуть его утверждения,
показать их несостоятельность, несоответствие установленным по делу
фактам. Достигается это путем предъявления доказательств, вскрытия
противоречий, использования логической аргументации.

Все доступные следователю и допустимые приемы воздействия на обвиняемого
невозможно перечислить'. Важно только отметить, что, следователь не
должен прибегать к запугиванию, унижению человеческого достоинства,
необоснованным обещаниям и т. д. Задача юридической психологии как науки
заключается в подведении теоретической' базы к творческим находкам
следователей

'См.: Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии. М.,
1976, с. 75—84; Васильев А.Н.. Корнеева Л.М. Тактика допроса. М., 1970,
с. 109—154; Комар-ков В.С. Тактика допроса. Харьков, 1975, с. 44—64;
Ефимичев С.П., Кулагин Н.И., Ямполь-скчй А.Е. Допрос. Волгоград, 1978,
с. 16—30; Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. Волгоград,
1983, с. 68—90.