Личность пророка в Ветхом Завете

Личность пророка в Ветхом Завете.

Сангаджиев Чингис Геннадьевич

В обычной речи слово «пророк» означает предсказателя будущего. Но в христианской и иудейской религиях пророки сыграли гораздо более важную задачу: своими устами они вещают избранному народу Израилеву волю Бога и провозглашают приход Спасителя – Мессии. Эта пророческая традиция получила основное развитие в самой ранней и наиболее объемной части Библии – в Ветхом завете.

Ветхий завет – это прежде всего история еврейского народа и его союза – завета с богом Яхве, который обещал им землю обетованную в Ханаане (Палестина). В Ветхом завете подробно описывается происхождение еврейского народа от прародителя Авраама, переселение народа в Египет и последующий исход евреев из египетского рабства под предводительством Моисея. Вернувшись на свою родину, в Палестину, 12 еврейских племен образовали здесь свое государство Израиль, во главе которого попеременно стояли цари Саул, Давид и Соломон. Во время правления сына Соломона - Ровоама единое государство в Х в. до н.э. раскололось на две части – северное царство Израиль и южное царство Иудея. Два царства, несмотря на свои братские узы, начали ожесточенную междоусобную борьбу, которая только взаимно ослабляла их. Вместе с политическим упадком еврейских государств нарастает их морально-религиозный упадок. Как описывает Библия, люди погрязли в грехе, отвернулись от своего Бога и стали поклоняться языческим божкам и кумирам. Внутренняя слабость порождала внешнюю, и существованию Израиля и Иудеи начинают угрожать могущественные соседи – Египет с юга и Ассирия с севера. В этот критический период еврейской истории появляются Пророки как представители Бога на земле, чтобы призвать людей и их царей вернуться к поклонению единому Богу и к нравственным нормам израильской религии. [1] Так описывает и объясняет возникновение пророческого движения Библия. В ней все сводится к внутренним закономерностям древнееврейской истории и религии: сам Бог решил через избранных людей – пророков вернуть свой народ на истинный путь веры. Но рядом с этим, сугубо религиозным, объяснением пророческого феномена в ХХ веке возникла новая философская концепция пророков. Ее открыл известный немецкий философ Карл Ясперс. В мировой истории человечества он выделил некую центральную ось, переломный период человеческой истории. Эту ось мировой истории он отнес к 500 году до н.э., который стал пиком духовного процесса на Земле, шедшего с 800 по 200 гг. до н.э. Именно этот промежуток в 600 лет стал осевым временем в истории человечества. Тогда произошел самый резкий поворот в истории: появился человек такого типа, каковойсохраняется и по наш день. [2] До осевого времени духовное состояние людей было сравнительно неизменным, в нем все повторялось в незаметном и очень медленном духовном течении, которое не осознавалось и поэтому не познавалось. Теперь же, в осевой период истории духовное напряжение растет и становится основой бурного, стремительного движения всего человечества». [3]

Как пишет Ясперс: «В это время происходит много необычайного. В Китае жили тогда Конфуций и Лао-цзы, возникли все направления китайской философии, мыслители Мо-цзы, Чжуан-цзы, Ле-цзы и бесчисленное множество других. В Индии возникли Упанишады, жил Будда; в философии – в Индии, как и в Китае, - были рассмотрены все возможности философского постижения действительности, вплоть до скептицизма, до материализма, софистики и нигилизма; в Иране Заратустра учил о мире, где идет борьба добра со злом; в Палестине выступали пророки – Илия, Исайя, Иеремия и Второисайя; в Греции – это время Гомера, философов Парменида, Гераклита, Платона, трагиков, Фукидида и Архимеда. Все то, что связано с этими именами, возникло почти одновременно в течение немногих столетий в Китае, Индии и на Западе независимо друг от друга. [4]

Итак, при таком глобальном философском взгляде на человеческую историю движение ветхозаветных пророков предстает лишь как часть общего духовного пробуждения человечества, которое шло одновременно во всех цивилизациях Запада и Востока. Поэтому нельзя будет понять феномен пророков без рассмотрения сути того духовного переворота, который совершался в осевое время. Суть этого духовного переворота по Ясперсу сводилась к перевороту в самом человеке: он именно теперь осознает бытие в целом, самого себя и свои границы. «Перед ним открывается ужас мира и собственная беспомощность. Стоя над пропастью, он ставит радикальные вопросы, требует освобождения и спасения. осознавая свои границы, он ставит перед собой высшие цели, познает абсолютность в глубинах самосознания и в ясности трансцедентного мира». [5] Изменился не мир, а человек, живущий в нем. Все эти изменения в человеческом бытии Ясперс назвал одухотворением. Человек уже не замкнут в себе. Он не уверен в том, что знает самого себя, и поэтому открыт для новых безграничных возможностей. Он способен теперь слышать и понимать то, о чем до этого момента никто не спрашивал и что никто не возвещал. Человек совершает скачок в своем духовном развитии: из индивида, как массовидного существа, носителя стереотипов массового сознания древнего общества, он превращается в личность, которая является более высокой стадией развития человека. Личность – это прежде всего индивидуальность, выделяющаяся из массы. Ясперс охарактеризовал зарождение личности в осевое время следующим образом: «… Впервые появились философы. Человек в качестве отдельного индивидуума отважился на то, чтобы искать опору в самом себе. Отшельники и странствующие мыслители Китая, аскеты Индии, философы Греции и пророки Израиля близки по своей сущности… Человек может теперь противопоставить себя всему миру. Он открыл в себе истоки, позволяющие ему возвыситься над миром и над самим собой.» [6]

Итак, в осевое время произошло открытие личности и разума. Однако такого уровня развития достигли лишь немногие, избранные люди, и одними из них стали пророки Израиля и Иудеи. Поэтому правомерно говорить именно о личности пророка. Как же она изображена в Ветхом завете?

Во всех религиях мира фигура пророка как представителя Бога на земле занимает центральное место. В силу того, что сверхестественный Бог не может непосредственно управлять людьми, он делает это через Пророка, который своими устами вещает его волю. Начиная с первобытного времени, пророчество прошло несколько стадий развития. На примитивной ступени пророки выступали как маги, колдуны, шаманы и прорицатели, часто гадавшие за деньги. В Библии этот тип именуется «провидец» или «chozen» - «ясновидящий». Они вели бродячий образ жизни, кочуя по всем дорогам мира. Естественно, среди них было много шарлатанов, поэтому люди относились к ним с иронией, требуя чудес. Такой низший тип пророка был распространен во всем древнем мире. Сами раввины позже назвали его «баткол» [7] Через него можно предсказать будущие события, но нельзя установить новые и даже истолковать прежние законы. Подобное может сделать лишь «nавi», («оратор»), пророк высшего уровня, напрямую говорящий с Богом. [8]

Значит, та личность пророка, которая появляется в осевое время, носит название «nabi», т.е. «оратор», и это не случайно. Все свои боговдохновенные откровения пророки делали в виде импровизированных речей, облеченных в поэтическую форму с рефренами, припевами и восклицаниями. [9] Такая форма ораторства производила большое впечатление на слушателей и облегчала запоминание. Сами пророки никогда не записывали своих речей, это позже делали их ученики, стремясь сохранить наследие учителя. Лишь Иеремия попытался заранее записать свою речь до выступления, что для Древнего Востока было необычайным и предвосхищало практику греческих ораторов.

Хотя отдельные пророки – «nabi» жили и раньше (Моисей, Самуил), пророческое движение в Израиле и Иудее разворачивается именно в осевое время, с VIII по IV вв. до н.э. Всего в Ветхий завет вошло 12 книг «малых» пророков и четыре книги «великих» пророков, хотя их было гораздо больше. Многие речи из неизвестных «nabi» вошли в книги других ветхозаветных пророков.

Пророки осевой эпохи не были внешне похожи друг на друга: они различались по социальному статусу – среди них были простые пастухи и высшие аристократы, по племенной принадлежности – израильтяне и иудеи. Несмотря на эти внешние различия, они проповедовали единое целостное учение, и это указывает на единство их мировоззрения, на схожесть их личностей. Все они вели духовную борьбу, в ходе которой каждый из них пытался убедить народ следовать только Яхве. Описание деяний пророков занимает большую часть Ветхого завета, что показывает, какую большую роль они сыграли в жизни древнееврейского общества. Да и сам Ветхий завет, по крайней мере его историко-теологическая часть были написаны в соответствии с их учением о Боге. Попытаемся же выделить главные черты личности ветхозаветного пророка, на основе ее сравнения с современной научной концепцией личности.

В современной науке личность определяется как полноценный субъект предметно-преобразовательной и культурно – исторической действительности, как итог развития индивида, наиболее полное воплощение человеческих качеств. [10] Главным качеством личности называется ее автономность, понимаемая как внутренняя свобода. Личность – это автономный человек, т.е. человек, выступающий независимо от других, способный противопоставить себя обществу, всегда имеющий свою собственную позицию. Для личности обладание свободой является главным, непременным условием ее функционирования и развития. Отличительной чертой пророков как раз и было то, что они, начиная с Илии, неизменно выступали против правящих кругов государства и против идолопоклонного народа, против развращенных своей большой властью священников. Они противопоставляли себя обществу и государству, неизбежно при этом становясь социальными изгоями. Это необычно для примитивного общества, в котором человек – индивид не мог существовать вне своего племенного коллектива, но это становится возможным в эпоху осевого времени, когда человек становится индивидуальностью и может найти опору не в коллективе, а в самом себе, в своей душе. Такой внутренней опорой для пророков, которая помогала им жить в условиях социального остракизма, была их вера в единого Бога. Только вера помогала им выжить, не сломаться, не предать своих идей. Идейный стержень личности пророка был очень крепок.

Личная независимость сопряжена с умением властвовать над собой, а это, в свою очередь, предполагает наличие у личности не просто сознания, т.е. мышления и воли, а самосознания, т.е. самоанализа, самооценки и самоконтроля за своим поведением. Самосознание личности по мере своего развития трансформируется в жизненную позицию. [11] Жизненной позицией пророков была их обязанность донести Слово божье до народа, вернуть его на путь истинной веры, убедить людей отвернуться от греха. Причем эту обязанность пророки держали как перед собой, так и перед Богом. Наиболее ярко это разъясняется в книге пророка Иезекииля:

«По прошествии же семи дней было ко мне слово Господне: Сын человеческий! Я поставил тебя стражем дому Израилеву, и ты будешь слушать слово из уст Моих и будешь вразумлять их от Меня.

Когда Я скажу беззаконнику: «смертью умрешь!», а ты не будешь вразумлять его и говорить, чтобы остеречь беззаконника от беззаконного пути его, чтобы он жив был, то беззаконник тот умрет в беззаконии своем, и Я взыщу кровь его от рук твоих.»

(Иезекииль, 3: 16-18).

Эту тяжелую обязанность нести Слово божье пророки возлагали на себя добровольно, они делали свободный выбор своего дальнейшего жизненного пути. Жизнь есть постоянный выбор, жить – значит быть вечно осужденным на свободу, вечно решать, кем ты станешь в этом мире. Эти слова Хосе Ортеги-и-Гассета как нельзя лучше характеризуют выбор пророков. Они могли бы остаться простыми обывателями, но они выбрали судьбу религиозного подвижничества, тем самым определив цели и смысл своей жизни.

Научная концепция личности указывает, что для реализации своей жизненной позиции личность должна обладать волей. Как упоминалось выше, эту волю пророкам давала их вера во всемогущего Бога, которая позволяла им идти против общества и государства. Вера придавала им готовность не просто приспосабливаться к окружающей действительности, но активно преобразовывать ее в соответствии со своими целями. Такое преобразование, естественно, могло идти только в форме борьбы, противостояния. Вернуть народ к вере в истинного и единственного Бога, отвратить его от моральных грехов и пороков, вернуть чистоту души человека, - все эти цели пророки могли осуществить, только натыкаясь на сопротивление общества, не желавшего подчиняться пророкам. Этому нежеланию, кстати, способствовали и объективные причины, о которых мы скажем ниже.

Свою обязанность нести Слово божье пророки воспринимали как священную миссию и были готовы отстаивать свои убеждения даже ценой собственной жизни, чем, как правило, их подвижничество и заканчивалось. Но роль пророков не сводилась к простому транслированию Слова божьего: они выступали и как творческие интерпретаторы этого самого Слова. Благодаря этому пророки произвели коренное реформирование древнееврейской племенной религии. Вместе с Буддой, Заратустрой, Конфуцием и другими великими религиозными реформаторами они произвели глобальную духовную революцию в сознании человечества. Как указывает Ясперс, благодаря всем им в осевую эпоху истории «были разработаны основные категории, которыми мы мыслим по сей день, заложены основы мировых религий, и сегодня определяющих жизнь людей». [12] Рассмотрим же вклад ветхозаветных пророков в эту духовную революцию.

* * * * *

Кроме открытия личности, осевая эпоха истории совершила еще один важнейший прорыв в сознании человека: его мировоззрение освобождается от мифологического взгляда на мир. «Основные идеи греческих, индийских, китайских философов и Будды, мысли пророков о Боге были далеки от мифа». [13] Началась борьба рациональности и рационально проверенного опыта против мифа (борьба логоса против мифа), затем борьба за трансцедентного Бога, против демонов, которых нет, «и вызванная этическим возмущением борьба против ложных образов Бога». [14]

Миф господствовал в доосевых культурах, - он явился исторически первой формой мировоззрения. В мифе как самой ранней форме человеческой культуры объединялись зачатки знаний, религиозных верований, нравственная, эстетическая и эмоциональная оценка ситуации. Через мифические предания и сказания человек пытался дать ответ на такие глобальные вопросы, как происхождение и устройство мироздания в целом, возникновение наиболее важных явлений природы, животных и людей. [15] Например, у всех древнесемитских народов был распространен миф о сотворении богами первого человека из земной глины. Природные процессы и стихии, которые первобытный человек не в силах был объяснить, персонифицировались им в каких-то сверхъестественных существах – духах, демонах, наконец, богах. На определенной стадии развития мифологии возникали так называемые языческие политеистические религии. Как и другие народы древнего мира, евреи в начале своей истории были политеистами, и следы этого во множестве сохранились в Ветхом завете, - даже в израильском варианте имени еврейского Бога- «Элохим», т.е. «боги». В доосевой древнееврейской культуре Яхве был мифическим богом – героем, спасшим еврейский народ от египетского рабства и даровавший ему землю обетованную вХанаане. Поэтому он считался божественным покровителем этого народа и возглавлял древнееврейский пантеон. Кроме того, он считался божественным предком одного из еврейских племен (скорее всего, Иуды) [16] . В качестве мифического бога Яхве имел природную сущность, мыслился как часть природы и имел определенные зооморфные образы – Моисей, например, соорудил в пустыне Синай образ Яхве в виде медного змия. С наступлением осевой эпохи истории генотеизм древнееврейской религии стал перерастать в монотеизм. Главная заслуга принадлежит пророкам, которые создали идею единого и всемогущего Бога – Творца, как некоего абсолюта, который стоит выше природы и самого бытия. Именно этот универсальный образ Бога лег в основу крупнейших монотеистических религий мира – христианства и ислама.

Утверждать этот совершенно новый для древнего мира образ Бога пророкам пришлось в упорной борьбе против его ложных, по их мнению, мифологических образов. В их учении Яхве из мифического бога – покровителя евреев, одного из многих других богов, превращается в единого и единственного Бога, понимаемого как Высшее существо, как первопричина всего сущего. Такое универсалистское понимание Бога пророками отразилось даже в его сокровенном имени: Яхве на древнееврейском языке означало «Он есть сущее». Это и было зарождение подлинной религии, которая помогает человеку преодолеть его относительное бытие и вознестись к чему-то абсолютному и вечному. [17] В качестве такого вечного абсолюта бытия пророки утвердили Бога. Значение этого было огромно: исходящие от Бога нормы, ценности и идеалы получили абсолютный, вневременной характер. А это, в свою очередь, придало смысл и значение, а значит, и устойчивость человеческому бытию, помогая человеку преодолеть жизненные трудности.

В такой трактовке Бога пророки сделали возможным возникновение христианства, хотя христианская интерпретация Бога многое вобрала из греческой философии. Именно на стыке древнееврейской религии и греческой философии в I в. н.э. возникло христианство, продолжившее пророческую традицию Ветхого завета.

Примечания:

[1] С.М. Пилкингтон. "Иудаизм" (Серия "Религии мира"). М,99. с. 42.

[2] Карл Ясперс. "Смысл и назначение истории". М., 91. с.32

[3] там же, с. 35

[4] там же, с. 32-33

[5] там же, с. 33

[6] там же, с. 33

[7] Е.А. Резван. Пророчество и религиозное вдохновение в исламе (к проблеме научной интерпретации феномена "пророческих откровений" Мухаммеда) //"Традиционное мировоззрение у народов Передней Азии" (сб.статей). М.: Наука, 1992. с. 30-31

[8] "Еврейская энциклопедия: свод знанийо еврействе и его культуре в прошлом и настоящем", в 16 т. Т. 13. М., 91г. с. 235.

[9] "Литература Древнего Востока". МГУ, 71. с. 117

[10] "Философия: курс лекций" (под ред. А.А. Радугина). М., 98. с. 174.

[11] там же, с. 173

[12] Карл Ясперс. "Смысл и назначение истории". М., 91. с. 33

[13] там же, с. 33

[14] там же, с. 33

[15] "Философия: курс лекций" (под ред. А.А. Радугина). М., 91. с. 15

[16] Васильев Л.С., "История религий Востока". Ростов-на-Дону, 99. с. 101

[17] "Философия: курс лекций" (под ред. А.А. Радугина) М., 91. с. 17.

Несмотря на оторванность от древнееврейского общества, пророки, видимо, имели большое влияние на священников Иерусалимского храма. В данном храме были записаны все книги Ветхого завета; древний летописец, составлявший священные книги, находился под большим влиянием пророков и поэтому привел все священные тексты в соответствие с их религиозной концепцией, хотя во многих местах переписанного им текста сохранились политеистические остатки. Все описанные в Ветхом завете деяния Бога в интерпретации пророков приобрели глубокий смысл. Все, что происходило с Израилем (еврейским народом – С.Ч.), пророки интерпретировали как дело рук Яхве, проявление его характера и воли – не деспотического характера или непостоянной воли, но неизменной и твердой священной заботы об Израиле и подлинном счастье его народа. Воля Бога «абсолютно полновластна над Израилем и не намерена потакать желаниям Израиля или приспосабливаться к тому, что Израилю удобно». [18] Как справедливо замечает В.Смит, никакая другая религия не могла продемонстрировать что-либо подобное. Боги других народов древнего мира всегда представлялись как непостоянные и капризные, или как сами подчиненные слепому року судьбы, или склонными по своей природе к чему-то такому, что являлось главным желанием их почитателей. «Только в Израиле Иегова появляется как Бог рядом с человеком и как утверждающий абсолютную суверенность своей воли, неизменную независимость характера.» [19] Религия пророков явилась прежде всего морально-этической религией, в которой главным становится соблюдение справедливости, воплощенной в десяти божественных заповедях: не убий, не укради, не прелюбодействуй и т.д. Яхве становится богом справедливости, который в отношениях со своим народом следует этическим нормам и требует их соблюдения. Он сам установил этические нормы и строго следит за их исполнением, жестко наказывая неподчинившихся.

У всех древних народов мораль и закон идентичны, и у всех народов закон и обычай являются частью религии и обладают божественным статусом. Но только в Ветхом завете эта концепция божественного статуса законов достигла абсолютной силы: языческие боги были попечителями закона, но не пеклись о справедливости так, как это делает Яхве. В этом заключалось фундаментальное превосходство еврейской морали и религии над всеми остальными, что дало еврейской религии огромное будущее. [20]

«Религия Иеговы поставила мораль на гораздо более прочную основу, чем другие религии, потому что в ней справедливость Иеговы как бога, требующего соблюдения известных законов морали, признавалась абсолютной», пишет В.Смит. [21] Причем признавалось абсолютной тут же, на земле, а не где-нибудь в сверхъестественном мире. Жесткие моральные требования Бога к человеку, выраженные в десяти заповедях, сделали древнееврейскую религию прежде всего этической системой. Если в мифологическом понимании бог был олицетворением каких-то внешних по отношению к человеку сил природы или общества, то пророческое понимание Бога утвердило его как внутренний моральный императив человека, с которым человек должен постоянно сверяться в процессе своей жизни.

Пророческая концепция Бога вообще уничтожала мифологические концепции, которыми оперировали языческие религии: Языческие боги не могли быть совершенной справедливостью, потому что они в равной мере имели и природную, и моральную сторону, т.е. включали природную связь богов со своими почитателями, - сами боги были частью природы и в силу этого были подвержены природным инстинктам и страстям, слабостям. [22] В Ветхом завете такой языческо-мифологический взгляд на сущность бога критикуется, когда пророк Илия насмехается над пророками Ваала, выдвигая предположения, что их бог не отзывается на их молитвы может быть потому, что заснул или путешествует где-то, или занят другим обычным для человека делом. И на самом деле, это вполне соответствовало представлениям древних о природе Ваала, который, как существо нашего мира, был подвержен природным слабостям, в нашем случае – сну. Бог же пророков стоял выше природы, ибо был ее творцом и мог управлять ею в любом направлении. Древнееврейский миф о шестидневном сотворении мира через пророческую летописную обработку приобрел вид доказательства Бога как первопричины всего сущего. Однако и после сотворения мира Бог продолжает им управлять, - в этом духе были записаны исторические книги Ветхого завета. В интерпретации пророков не только еврейская, но и вся человеческая история выступила как воля Бога, а ее великие вершители – лишь простыми исполнителями его замысла. Такая теоцентричная трактовка пророками мировой истории явилась основой христианской теории провиденциализма.

* * * * *

Реформированная пророками религия устанавливала новые взаимоотношения между человеком и Богом. Человек, утверждали пророки, должен всегда подчиняться требованиям Бога и не может оспаривать их правоту, потому что Бог всегда прав, он сама справедливость. Для иллюстрации данного тезиса в Ветхий завет была введена книга Иова, написанная где-то между 400 и 200 гг. до н.э. Ее анонимный автор решал в своем сочинении дискуссионную проблему взаимоотношений человека и Бога, взаимозависимости страдания и вины. Ее он решил на примере праведника Иова, который под жестокими ударами судьбы потерял все, вплоть до детей и своего здоровья, но не озлобился и не возроптал против Бога, который и послал ему такие испытания. Устами юноши Ииуя автор гласит: Бог всегда и во всем прав, он сам источник справедливости, поэтому человек не имеет права осуждать деяния Бога, как-либо оценивать их. Страдания Иова – проверка его праведности, и только в смирении, в беспрекословном подчинении Богу человек может найти свое спасение. Смирившись, Иов в конце концовполучает прощение от Бога, который возвращает ему все отнятое.

В такой религии пророков человек действительно становился «червем земным» и «рабом божьим». Самоуничижение человека перед Богом достигло абсолютного предела: Бог мыслился как абсолютный владыка человеческой души, полномочный миловать и наказывать.

Утверждая такую систему подчинения человека Богу, пророки ставили для себя божественные истины превыше всего, даже патриотизма и любви к своему народу. [23] Если божественная истина противоречила национальным и государственным соображениям Израиля и Иудеи, то пророки, не задумываясь, говорили о необходимости разрушения еврейского государства для торжества божественной справедливости. В этом смысле пророки не были патриотами своего народа и государства, они не прощали евреям ни одного греха и говорили о неотвратимости небесного возмездия за него.

Изобличая грехопадение своего народа, пророки именно в нем видели причину всех бедствий, обрушившихся на Израиль и Иудею, видя в этих бедствиях божью кару. В этом ключе они трактовали и уничтожение Израиля в 722 г. до н.э. и вавилонское пленение иудеев в 586 г. до н.э. Может быть, данные национальные катастрофы были объективны и не зависели от чьей-то субъективной воли, но важно то, что в них пророки видели неизменную и абсолютную волю Бога, его замысел. Евреи нарушили свой завет с Яхве и за это они жестоко поплатились:

«Как! вы крадете, убиваете и прелюбодействуете, и клянетесь во лжи, и кадите Ваалу, и ходите вослед иных богов, которых вы не знаете»…

(Иеремия, 7:9).

Единственный путь спасения народа пророки видели в полном подчинении моральным требованиям Бога. Исайя умолял свой народ отвратить от себя Божье возмездие:

Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро, ищите правды, спасайте угнетенного, защищайте сироту, вступайтесь за вдову.

(Исайя, 1:16-17)

Как видим, пророки выступали и как социальные критики. Исайя вопрошает у богатых: «Что тесните народ мой и угнетаете бедных? (2:15), обличает вельмож – мздоимцев и погрязших в пьянстве священников и пророков. Однако путь спасения ни в коем случае, говорит Иеремия, не лежит в формальной набожности: главное не в строгом соблюдении всех ритуальных предписаний религии, а в истинной внутренней вере, через которую только и можно спастись.

Таким образом, ставя божественные истины превыше всего, даже любви к своему отечеству, пророки тем самым теряют национальную ограниченность и становятся космополитами, по своей сути. Их вера наднациональна и обращена ко всему миру (хотя у поздних пророков уже ярко выражены националистические настроения). Наилучший образец этой космополичной веры дает книга пророка Ионы. Иона – это сказочный персонаж древнесемистской мифологии, чудесным образом выживший во чреве кита. Но в обработке неизвестного автора эта притча приобрела глубокий философский смысл. Автор книги на примере спасения Богом ассирийского города Ниневии хотел показать, что милость и забота Бога обращена не только к избранному еврейскому народу, но и ко всему человечеству. Именно это преодоление национальной узости древнееврейской религии лучшими ее представителями сделало возможным в будущем появление универсальных, всечеловеческих религий, объемлющих собой весь мир.

Заключение.

Личность ветхозаветного пророка сложна и неразрывно связана с историческими условиями 1-го тысячелетия до н.э. Она сформировалась в осевое время истории человечества и представляла собой тип подвижника, религиозного реформатора. Человеку вообще по своей природе свойственно жить во имя чего-то, во имя какой-то высшей идеи. Пророки это качество человеческой натуры довели до предела, утвердив Бога высшей ценностью людского бытия. Жить во имя Бога – вот, что требовали они от каждого, требовали ежедневно, не отступаясь от своих убеждений ни на йоту. Таких людей в наше время назвали бы фанатиками, но только вся их исступленная энергия реализовывалась в религии. Натыкаясь на упорное сопротивление масс, не желавших подчиняться пророкам, последние только еще более укреплялись в решимости преобразовывать действительность в соответствии со своими религиозными убеждениями. Поэтому пророки не могли рассчитывать на лояльное отношение со стороны обличаемых ими народа и государства: как правило, религиозное подвижничество пророков заканчивалось очень печально для них. По преданию из Талмуда, в правление царя Манассии Исайя был перерезан деревянной пилой. Христианские предания гласят, что Иеремию забросали насмерть камнями соплеменники, а пророка Иезекииля убил один иудейский князь, которого он обвинял в идолопоклонстве и отступничестве от истинного Бога. [24] Но насильственная смерть пророков только подтверждает глубину и силу их гневных проповедей против грешников. Мученическая смерть впоследствии придала им ореол святых, почитаемых во многих религиях мира.

В религиозной революции пророков можно выделить две главные новаторские идеи. Во-первых, пророки утвердили новое понимание бога: из мифического божества, дитя природы и поэтому подчиняющегося ее законам (Року, карме и т.п.), он превращается во всемогущего трансцендентного Бога, первопричину всего сущего и вечный абсолют бытия. Он творец нашего мира и на этом праве управляет им полновластно и неограниченно. В науке такая концепция Бога получила название «монотеизм».

Отсюда вытекала вторая идея пророков: в силу своей абсолютности Бог един для всех народов и не имеет национальности, одинаково заботясь о всех своих творениях. Это была прямая дорога к мировым религиям, универсальным и всечеловечным.

Хотя надо отметить, что в послепророческий период еврейской истории в иудейской религии стала нарастать национальная ограниченность. Впоследствии раввины стали связывать Бога Яхве только со своим народом и утверждали, что истинным языком Яхве может быть только еврейский язык.

Реформаторство пророков имело одну отрицательную сторону: оно шло в мире, в котором господствовал политеизм. Утверждение единобожия Яхве и отрицание пророками почитания других богов вели к большим политическим последствиям. Такая позиция пророков вовлекала в политическую изоляцию еврейскую нацию, т.к. нельзя было иметь дружбу и союз с другими народами, если их божества запрещались в Израиле. Можно согласиться с В.Смитом, который отмечает, что эта позиция содержала в себе зародыш того антагонизма между Израилем и всем остальным человечеством, который сделал появившихся в римской истории евреев изгоями и повлек за собой цепь политических несчастий вплоть до потери родины и рассеяния по миру. [25]

Как видим, роль пророков в истории была противоречива, неоднозначна. Подарив миру монотеизм, еврейский народ был вынужден заплатить за него высокую цену. В сложной фигуре пророка я выделил бы такое привлекательное качество, как альтруизм. Пророк - не аскет и не отшельник, ищущий индивидуального спасения. Он идет к народу, чтобы спасти его. Кроме решения трансцедентных проблем, пророк пытается также решить моральные и социальные проблемы своего общества. В пророческих проповедях ясно звучат идеи социальной справедливости: богатые не должны угнетать бедных, правители не имеют права обижать своих подданных; люди должны спасать угнетенных, защищать сирот, вступаться за вдов, - т.е. защищать самые уязвимые социальные слои. Здесь идеи социальной справедливости сливались с моралью, дополняя и развивая десять заповедей Моисея. Таким образом, проповеди пророков носили комплексный характер: в них слитно звучали религиозные, моральные и социальные идеи, привязанные к одному центру – Богу и в силу этого они приобретали божественный статус. Но претворять в жизнь эти социально-моральные идеи означало бы построить идеальное человеческое общество, в котором нет насилия, угнетения и прочей несправедливости. Построить такое общество, конечно, невозможно, - это была всего лишь мечта человека о недостижимом идеале. В древнееврейской религии не существовало загробного мира, не было понятия о рае и аде, поэтому пророки стремились найти идеальную жизнь для человека не где-то в потустороннем мире, а здесь, на земле. Воплотившись в религии, этот идеал приобрел сакральный характер и стал господствовать в умах верующих, давая им стимул к моральному самосовершенствованию, к обуздыванию в себе животного инстинктивного начала. Именно высокие моральные требования религии пророков к человеку дали ему мощный импульс к внутреннему саморазвитию, - человек из индивида начинает превращаться в личность.

Примечания:

[18] В. Робертсон Смит. "Иегова и пророки" // "Религия и общество: Хрестоматия по социологиирелигии" в 2-х ч. Часть 1. М., 94. с. 125.

[19] там же, с. 125

[20] там же, с. 125-126

[21] там же, с. 126

[22] там же, с. 126

[23] там же, с. 127

[24] "Библейская энциклопедия" в 2-х т. (архимандрита Никифора), М.: Терра, 90. с. 321, 306.

[25] В. Робертсон Смит. "Иегова и пророки" // "Религия и общество: хрестоматия по социологии религии" в 2-х т. Ч.1. М., 94. с. 128

Список литературы

Библия: книги священного писания Ветхого и Нового завета (канонические). М.: Российское библейское общество, 1998.

Библейская энциклопедия в 2-х т. (архимандрит Никифора) М.: Терра, 1990.

Еврейская энциклопедия: свод знаний о еврействе и его культуре в прошлом и настоящем в 16 т. Т.13. М., 1991.

С.М. Пилкингтон. Иудаизм (серия «Религии мира»). М. Инфра-М, 1999.

Карл Яслерс. Смысл и назначение истории. М.: Политиздат, 1991.

Е.А. Резван. Пророчество и религиозное вдохновение в исламе (к проблеме научной интерпретации феномена «пророческих откровений» Мухаммеда) // Традиционное мировоззрение у народов Передней Азии (сб. статей). М.: Наука, 1992.

Литература Древнего Востока. МГУ, 1971.

Васильев Л.С. История религий Востока. Ростов-на-Дону: Феникс, 1999.

В. Робертсон Смит.Иегова и пророки. //Религия и общество: хрестоматия по социологии религии в 2-х ч. Часть 1. М., 1994.

Философия: курс лекций (под ред. А.А. Радугина) М.: Центр. 1998.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.filosofia.ru/